Хочу поделиться самым полным и понятным описанием СРК. Написал его Роман Беккер у себя в ВК в нескольких постах. А я решил выложить на своём сайте в одной статье. Потому что это самая полезная и систематизированная информация, которую я нашёл по СРК.
Только учтите, что дальнейший текст был написан в 2014 году Романом Беккером, человеком без медицинского образования. Консультируйтесь со своим лечащим врачом, прежде чем применять эту информацию.
А сегодня мы с вами, ребятушки мои, поговорим о Синдроме Раздражённого Кишечника (сокращённо СРК). Который иногда (и неправильно, поскольку в проблему вовлечён далеко не только толстый, но и тонкий кишечник, и желудок) называют Синдром Раздражённой Толстой Кишки (СРТК). По-английски это заболевание называется IBS — Irritable Bowel Syndrome.
Многие из вас, ребят, дорогие мои невротики, страдают этим самым СРК, годами шляются по гастроэнтерологам, нередко неоднократно делают колоноскопии, ирригоскопии (бариевые клизмы), обследования на целиакию, недостаточность лактазы и др., и, как правило, безрезультатно. Некоторые из вас даже подозревали у себя рак толстой кишки и успели задолбать этими подозрениями местных онкологов. Многие из вас также уже неоднократно были с этим и у психотерапевтов, психиатров, принимали разнообразные антидепрессанты, получали психотерапию и т.д. и т.п., и нередко без какого-либо заметного эффекта.
Так вот, ребята, СРК — это классическое полиэтиологическое, мультифакторное (то есть, имеющее много действующих одновременно у одного человека причин) заболевание. Считать его исключительно «психосоматическим», как это делают многие психотерапевты и психиатры, а вслед за ними и некоторые из вас — грубое упрощение. Это неверно. Считать его связанным исключительно с «дисбактериозом кишечника», «дефицитом полезных бактерий» или с «избыточным ростом газообразующих и ферментирующих вредных бактерий в тонкой кишке» — тоже грубое упрощение. Нет какой-то единой причины, в патогенезе СРК играет роль сразу много факторов. И я попробую ниже рассказать и о том, что на сегодня известно об этиологии и патогенезе СРК, и о разных вариантах течения этой болезни. И конечно о лечении.
Итак, ребята…. Во-первых, СРК принято делить по его внешним клиническим проявлениям на три основных типа: СРК с преобладанием поносов (СРК-П, по-английски IBS-D), СРК с преобладанием запоров (СРК-З, по-английски IBS-C), СРК с чередованием, то есть альтернированием запоров и поносов (СРК-А, по-английски IBS-A). Многие специалисты выделяют еще СРК с преобладанием метеоризма и вздутия, то есть повышенного газообразования (СРК-М, по-английски — IBS-M), и СРК с преобладанием болей, болевого синдрома (СРК-Б или СРК-БС, по-английски — IBS-P либо IBS-PS). Но это выделение является менее общепринятым, чем выделение СРК с преимущественно поносами, СРК с преимущественно запорами и СРК с тем и другим по очереди.
В отдельную подгруппу выделяют тех, у кого симптомы СРК впервые появились после острой желудочно-кишечной или иной инфекции, так называемый постинфекционный СРК — СРК-ПИ (IBS-PI).
Во-вторых, вся группа больных с СРК статистически делится на три большие подгруппы по своему отношению к болезни, врачам и лечению, по частоте и интенсивности потребления медицинских услуг, лекарств и обследований, и по долгосрочному прогнозу.
Первая подгруппа — так называемые «не пациенты». Это люди с в общем-то здоровой психикой, у которых СРК возник впервые в жизни после какого-то сильного стресса или после острой и тяжёлой кишечной инфекции. Эти люди, придя к врачу и сделав все необходимые обследования и убедившись, что у них нет никакого страшного органического заболевания кишечника, и затем услышав от врача диагноз СРК и объяснения, что это такое, и что с этим живут и с этим можно жить, и получив от врача набор простейших рекомендаций, касающихся диеты, режима питания, образа жизни, управления своими симптомами, приёма лекарств — исчезают из поля зрения врача и больше НИКОГДА не попадают к врачам с жалобами на симптомы СРК.
В процессе эпидемиологических опросов учёным удалось установить, что среди этой группы «одноразовых пациентов» — много тех, кто, как говорится, «не парится и не заморачивается» — и не только относительно данной болезни и ее симптомов, но и вообще по жизни (т.е. среди них много людей с достаточно высокой устойчивостью психики, НЕ склонных к неврозам), и много тех, кто сразу же принимает случившееся как данность и соответствующим образом модифицирует свой образ жизни и диету, не делая из этого трагедии и не ударяясь при этом в крайности и в избегающее поведение по типу «я не могу выйти из дома, потому что боюсь обосраться, и не могу есть 100500 продуктов по этой же причине».
Также в этой группе оказалось много людей, которые ОТВЕТСТВЕННО отнеслись к рекомендациям врачей относительно соблюдения правильной диеты, количества клетчатки в пище, отказа от алкоголя, курения, наркотиков, нормализации режима дня, нормализации режима сна и отдыха, минимизации стрессов — и ДЕЙСТВИТЕЛЬНО выполняли эти рекомендации, причем выполняли добросовестно, последовательно и пунктуально.
Видимо, именно сочетанием этих факторов — изначально хорошей устойчивости психики и отсутствия склонности к неврозам и к фиксациям на своих кишечных ощущениях, к их раскрашиванию и патологизации, и наличия склонности к добросовестному и последовательному исполнению врачебных рекомендаций, включая такие скучные и неприятные, как диета и бросить курить и пить — и объясняется феномен «одноразовых пациентов», а точнее «не пациентов» с СРК.
Вторая подгруппа — так называемые «типичные пациенты». Это больные, которые достаточно регулярно ходят к врачам (к терапевтам, гастроэнтерологам, а нередко уже и к психотерапевтам, психиатрам и др.) с жалобами, связанными с СРК — боли в животе, вздутие живота, метеоризм (повышенное газообразование), поносы, запоры, императивные позывы к дефекации в неподходящее время и место, чувство неполного опорожнения кишечника после дефекации, спазмы кишечника, чувство урчания, бурления или брожения в животе, тошнота, изжога, отрыжка и т.д.
Время от времени эти больные получают те или иные назначения и рекомендации, более или менее их выполняют, и им на время становится лучше — иногда немножко, иногда совсем чуточку, а иногда очень даже значительно. Но потом все опять становится хуже. И так заболевание течет хронически, годами и десятилетиями, с волнообразными улучшениями и ухудшениями — подобно большинству хронических заболеваний вообще.
Среди этих «типичных пациентов» с СРК — очень много больных с разнообразными неврозами, депрессиями, с тревожными состояниями, паническим расстройством, ОКР, ипохондрическим расстройством, социофобией. Причём в подавляющем большинстве случаев психическое расстройство — будь то паническое расстройство, депрессия, ГТР, ОКР или ипохондрическое расстройство — манифестирует ДО — и нередко ЗАДОЛГО ДО — манифестирования СРК.
То есть в большинстве случаев нельзя сказать, что депрессия, паника или тревожное состояние, социофобия или ипохондрические мысли обусловлены СРК, вторичны по отношению к СРК, и свалить все это на СРК. А, наоборот, получается, что психика очень даже ощутимо влияет на симптоматику СРК, подогревает ее и расцвечивает.
Еще весьма характерно частое сочетание СРК в подгруппе «типичных пациентов» с различными другими, тоже нередко во многом психосоматическими, болевыми синдромами, в частности с головными болями, болями в спине, с фибромиалгией, с синдромом хронической усталости, с болями в урогенитальной области — у мужчин это часто бывает пресловутый «хронический простатит», а точнее Синдром Хронической Тазовой Боли, у женщин — хронический интерстициальный цистит или периодически рецидивирующие «бактериальные циститы», а также хронические воспалительные заболевания матки и придатков (миомы матки, хронические эндометриты, аднекситы, сальпингоофориты).
Часто таким больным выставляют множественные сопутствующие диагнозы, например, «желчнокаменную болезнь» или «хронический холецистит» на основании случайных находок бессимптомных небольших камней или «перегиба желчного пузыря», «хронический панкреатит», «хронический гастрит». И далеко не всегда эти диагнозы соответствуют действительности.
Показано, что «типичные» больные с СРК имеют в 3 раза более высокий риск перенести в течение жизни не нужную и не показанную им на самом деле операцию по удалению желчного пузыря — на основании случайно найденных на УЗИ небольших бессимптомных желчных камней или «признаков хронического холецистита», ошибочной интерпретации врачами этих находок как источника болей в животе, и в результате — неверно выставленных показаний к операции.
Женщины с СРК имеют в 5 раз более высокий риск подвергнуться (безрезультатным в отношении устранения болей и на самом деле не показанным) гинекологическим операциям, варьирующимся в диапазоне от консервативной миомэктомии до надвлагалищной ампутации и даже экстирпации матки с придатками (гистеросальпингоэктомии). Мужчины с СРК в возрасте старше 60 лет имеют в 1.6 раза более высокий риск нарваться на простатэктомию или консервативную аденомэктомию в результате ошибочной интерпретации болей в нижней части живота как «обусловленных аденомой простаты».
Интересно, что на риск для пациента с впервые выявленным СРК стать «типичным пациентом с СРК», помимо наличия у пациента коморбидной (сопутствующей) психической или психосоматической патологии (неврозы, депрессии, фибромиалгия, мигрень и т.п.), очень существенно влияет женский пол. Женщины заболевают СРК в 2-3 раза чаще мужчин. Причем болеют тяжелее и дольше. И втрое чаще мужчин становятся «типичными» пациентами с СРК, то есть хрониками.
Этому есть как биологические объяснения (гормоны и всё такое), так и социально-психологические: женщине как бы МОЖНО и НЕ СТЫДНО болеть, МОЖНО и НЕ СТЫДНО сидеть дома на шее у мужа или родственников, не работать, и т.д., в то время как мужчине предписывается «быть мужиком и не ныть», держать все свои проблемы и эмоции в себе, «зарабатывать деньги и кормить семью».
И также женщины чаще обращаются за медицинской и психологической помощью, чаще и катастрофичнее интерпретируют свои симптомы, чаще бывают истеричками и ипохондричками. А еще женщины в 2-3 раза чаще мужчин страдают депрессиями и нарушениями функции щитовидки, и чаще мужчин страдают неврозами (паническим расстройством и етс), что также предрасполагает к СРК.
У многих женщин, страдающих СРК, симптомы СРК имеют корреляцию с менструальным циклом, усиливаясь в дни перед месячными и непосредственно в месячные, когда уровни половых гормонов в крови наиболее низки. Также выраженность симптомов СРК у женщин имеет отрицательную корреляцию с уровнями эстрадиола, эстрона и прогестерона в крови: у женщин с более низким уровнем половых гормонов симптомы СРК выражены больше, а СРК протекает тяжелее, и наоборот: у женщин с наиболее тяжелым течением СРК уровень половых гормонов в среднем ниже, чем у женщин с более легким течением и у здоровых женщин.
У мужчин симптомы СРК имеют отрицательную корреляцию с уровнями общего и свободного тестостерона и положительную корреляцию с уровнем эстрадиола. То есть низкий уровень тестостерона в плазме крови или повышенная тканевая ароматизация тестостерона в эстрадиол (приводящая к угнетению гонадотропной функции гипоталамуса и гипофиза) — фактор риска более тяжелого течения СРК у мужчин.
На риск для пациента заболеть СРК и на риск пациента с впервые выявленным СРК стать «типичным пациентом с СРК» — то есть хроником — также очень сильно влияют детские психические травмы, опыт пережитого в детстве физического, психологического или сексуального насилия — со стороны ли сверстников (школа, двор etc) или, что особенно важно, со стороны родителей.
Оценки частоты детских психотравм среди больных с СРК у разных исследователей различны — во многом из-за различия в оценках того, что такое психическая травма для ребенка (грубо говоря, для одних исследователей это нечто чрезвычайное, типа изнасилования, другие причисляют к психической травме, например, единичную порку). По разным данным, от 33% до 90% пациентов с СРК перенесли те или иные психические травмы в детстве.
Важным фактором риска развития СРК и фактором риска хронизации впервые выявленного СРК является изнасилование (сексуальное насилие) во взрослом состоянии. А поскольку женщин гораздо чаще насилуют, чем мужчин, то это еще одна причина, объясняющая преобладание женщин среди больных с СРК вообще и среди хронических больных с СРК в особенности.
Третья подгруппа больных с СРК — так называемые «суперпациенты». Это пациенты, которым от их упорного, тяжелого, жестокого и мучительного СРК — не помогает ничто. Даже на время. Никакие методы лечения, никакие лекарства и вмешательства. Не помогают, по их словам, даже в самой наименьшей из возможных степеней. Эти пациенты обыкновенно в итоге выходят на инвалидность (или активно ее добиваются).
Не работают. Полностью десоциализированы и сидят дома: как же выйти, если СИМПТОМЫ МЕШАЮТ? Обосраться ведь можно, выйдя за порог! Страдают тяжелой депрессией, выраженной агорафобией, имеют высокий уровень тревоги. Делают неоднократные — порой десятки за жизнь — колоноскопии и ирригоскопии. Активно и интенсивно утилизируют медицинские ресурсы несмотря на то, что, по их утверждениям, лечение им не помогает.
Принимают одновременно множество препаратов, которые, тем не менее, не помогают. Задалбывают всех врачей в округе бесконечными поисками органической причины заболевания кишечника, регулярной проверкой своих подозрений насчет рака толстой кишки, паразитов и инфекций. Онкологи, инфекционисты, паразитологи и гастроэнтерологи от них шарахаются.
Многие больные из третьей подгруппы активно отвергают лечение у психиатра или психотерапевта. Отвергают и назначенные гастроэнтерологами антидепрессанты. Нередко оскорбляются в ответ на предложение заняться психотерапией или принимать антидепрессанты. Причина-то ведь органическая, только тупые и некомпетентные врачи ее не нашли.
До 30% суперпациентов с СРК — кончают самоубийством.
Среди тех, кто не кончает — есть много пациентов, получающих явные, очевидные и недвусмысленные вторичные выгоды от своего состояния (н�